Россияне уверены, что ждать отмены визового режима с Европой для того, чтобы без предварительного посещения консульства пересекать европейскую границу, вовсе не обязательно. По их мнению, достаточно купить в Европе жилье – и беспрепятственный въезд обеспечен.
«К сожалению, это самая распространенная ошибка, которая к тому же подпитывается недобросовестными консультантами по недвижимости, вводящими клиента в заблуждение: купите квартиру и ВНЖ обеспечен. В реальности же наличие недвижимости в Европе не дает гарантии, что вам простую визу поставят, не говоря уже о ВНЖ», – предупредил директор департамента инвестиций в зарубежную недвижимость компании IntermarkSavills Игорь Индриксонс. По мнению экспертов, процедуру получения вида на жительство в европейской стране следует рассматривать не в контексте покупки недвижимости, а в конкретных программ по получению ВНЖ, которые есть в той или иной стране.
Например, вида на жительство в Австрии не имеют ни Юрий Лужков, ни его супруга Елена Батурина, владеющая в стране отелями и курортными базами. Но директор московского офиса компании Tax Consulting UK Эдуард Савуляк напомнил о специальной программе, по которой ВНЖ в Австрии на один год можно «купить», инвестировав от 75 тыс. евро. «Сумма эта безвозвратная, но и ВНЖ получается автоматом», – заверил он.
Опрошенные журналом EUROMAG эксперты единогласно признают, что наиболее простой вариант получения ВНЖ в стране Евросоюза для россиянина – это покупка жилья в Латвии. Как уже неоднократно писал EUROMAG, для этого достаточно в Риге и окрестностях купить жилье на 150 тыс. евро или на 70 тыс. евро в другом регионе – и ВНЖ ставится на пять лет. «Уникальность латвийской программы в том, что Рига не требует какого-либо минимального срока проживания в стране, хотя в других государствах это обязательное требование», – пояснила генеральный директор компании «МИЭЛЬ-DPM» Наталья Завалишина. И тем не менее, если вспомнить пример Лужкова, и в Латвии покупка квартиры не гарантирует получение ВНЖ.
Эксперты международного агентства недвижимости Gordon Rock составили рейтинг гостеприимства, в котором расставили по местам страны Европы по степени легкости приобретения жилья россиянами и возможности последующего получения визы или ВНЖ. Первое место в списке досталось Болгарии. «Страна характеризуется большим сроком, на который россиянам предоставляются визы в случае покупки недвижимости (3 года), высокой транспортной доступностью (14 ежедневных авиарейсов из России) и наиболее тесной культурной идентичностью с Россией», – пояснил журналу EUROMAG президент агентства Gordon Rock Станислав Зингель.
Кроме того, осенью прошлого года Болгария упростила получение иностранцами разрешения на постоянное проживание: согласно поправкам в закон об иностранцах, принятым парламентом страны, пятилетнее и законное проживание в Болгарии стало основным критерием для получения иностранцами постоянного места жительства в стране. Впрочем, кандидат должен доказать, что он располагает достаточными средствами для проживания в Болгарии, и обладать медицинской страховкой.
Второе место рейтинга гостеприимства досталось Кипру. Управляющий партнер InvestPravo PROPERTY Элина Сиванкова заверила EUROMAG, что Кипр вместе с Латвией – единственные страны, где покупатель жилья вправе рассчитывать не на визу, а на вид на жительство (но, опять же, без гарантий). Для этого на Кипре необходимо приобрести недвижимость на сумму более 300 тыс. евро.
Замыкает тройку лидеров не входящая в Евросоюз Черногория, куда при въезде на срок менее 30 дней россиянину виза вовсе не требуется. В прошлом году страна, желая поправить свое финансовое положение, даже начала торговать не просто ВНЖ, а паспортом (гражданство). Для этого достаточно было инвестировать в экономику Черногории всего 500 тыс. евро. И хотя сама Черногория в ЕС не входит, ее граждане имеют право свободного въезда. Но программу уже через четыре месяца прикрыли. В итоге сейчас иностранец при условии покупки недвижимости на 500 тыс. евро может претендовать на получение вида на жительство.
Что касается других стран Европы, то, например, приобретение недвижимости в Испании дает возможность получения шенгенской мультивизы сроком на шесть месяцев. Визу на 180 дней выдадут и покупателю недвижимости в Финляндии. А в Германии покупка жилья дает право получения разовой трехмесячной визы. Для получения ВНЖ необходимо инвестировать в страну 250 тыс. евро и открыть юридическое лицо с созданием пяти рабочих мест.
Что касается Эстонии, то, по словам Элины Сиванковой из InvestPravo PROPERTY, жилье, приобретенное в этой балтийской стране, дает право на получение двухлетнего вида на жительство, но «зачастую это подкрепляется оформлением собственника жилья в акционеры какой-либо эстонской компании».
В Испании наличие недвижимости – обязательное условие при получении вида на жительство, но при этом требуются определенные суммы для проживания каждого члена семьи (подтвержденный доход) и срок первого вида на жительство только один год.
«Всего лишь» на визу можно рассчитывать и купив жилье в Италии – шенгенский мульт выдадут на 180 дней. Как уже писал EUROMAG, для того чтобы получить ВНЖ в Италии, с декабря прошлого года приходится сдавать экзамен на знание итальянского языка. Аналогичные требования и в Австрии – претенденты на получение вида на жительство должны обладать по крайней мере базовыми знаниями немецкого языка.
А вот покупка жилья во Франции вообще не дает права даже на получение мультивизы. «Чтобы рассчитывать на получение вида на жительство во Франции, необходимо приобрести бизнес, либо являться студентом учебного заведения, либо иметь трудовой договор в стране», – говорит директор департамента элитной недвижимости компании Knight Frank Елена Юргенева.
Такие же сложности с получением визы и в Греции – приобретение недвижимости практически не дает никаких преференций при получении визы. «Максимум, на что может надеяться домовладелец, так это льготный режим получения обычной визы на 90 дней пребывания в течение полугода или года», – пояснил Станислав Зингель из Gordon Rock.
Самыми негостеприимными странами эксперты признали Великобританию и Швейцарию. «Соединенное Королевство не дает права на получение статуса резидента или на какие-либо привилегии при получении виз, – заверяет Елена Юргенева из Knight Frank. – Но если россиянин пожелает иметь статус резидента в Великобритании, то есть несколько категорий программ, позволяющих получить этот статус. Это программа «Инвестор», программа для высококвалифицированных специалистов (HSMP), программа «Предприниматель» (Entrepreneur), программа «Состоятельный пенсионер», – пояснила она, добавив, что получение права на постоянное проживание в Великобритании, а тем более получение британского гражданства является сложным процессом и «лучше всего его поручить надежным иммиграционным адвокатам».
Самым непростым вариантом получения ВНЖ стала Швейцария. Достаточно привести в пример, что в этой стране существуют квоты на приобретение жилья гражданами иностранных государств.
Несмотря на существенные различия, в правилах выдачи вида на жительство есть один общий пункт во всех этих странах (кроме Латвии) – покупателю жилья ради ВНЖ какое-то количество дней в году (как правило, шесть месяцев) придется жить за границей. Причем срок проживания будет проверяться миграционными властями.
Но обязанность проживания в купленном жилье можно избежать, правда покупать недвижимость придется не в Европе, а на острове Сент-Китс в Карибском бассейне. Как ни странно, но это самое маленькое государство в Западном полушарии обладает самой старой в мире программой «Гражданство за деньги».
По словам Игоря Индриксонса из компании IntermarkSavills, купив жилье на острове за 350 тыс. долларов (плюс еще пошлина в 150 тыс. долларов), с паспортом Сент-Китса можно без виз въезжать на территорию ЕС благодаря тому, что государство входит в так называемое Британское Содружество, граждане которого обладают свободным въездом в ЕС.
По всем вопросам организации экскурсий по Неаполю и Региону Кампания, обращаться к администрации нашего портала.
Профессиональные гиды юга Италии готовы встретить вас!
Всего комментариев: 0
Италия попала в список самых расистских стран — новости Италии
Главная » 2015 » Июнь » 9 » Италия попала в список самых расистских стран «
Согласно последним исследованиям в список стран, которые страдают от предубеждений и расизма, попали Италия, Франция и Польша.
Институт исследований Pew Research Center (США) провел опрос в странах ЕС на тему этнических предубеждений и расизма. Опрошенные должны были поделиться своим отношениям к цыганам, евреям и этническим мусульманам, которые являются выходцами из стран Африки и Ближнего востока.
Фото: yoki.ru
Больше всего людей, являющихся приверженцами этнической ксенофобии, живут в Италии. Например, 86% жителей Италии негативно относятся к ромам и только 9 человек из ста смогли дать выходцам западной ветви цыган нейтральную или положительную оценку. (Пишет Yoki.ru)
Цыган недолюбливают во Франции – 60% респондентов дали им негативную оценку. Остальные страны Европы более добры к другим иностранным гражданам, отмечает Regnum, ссылаясь на данные исследования.
Авторы исследования думают, что причина расизма у жителей Италии и Франции кроется в неправильной миграционной политике властей. В Италии часто проходят массовые протесты против цыган – последнюю волну протестов спровоцировала авария, в которой молодой рома сбил несколько человек на пешеходном переходе.
Манифесты возглавляет партия «Лига Севера», лидер которой поменял футболку с надписью «Ренци, уйди домой» на «Бульдозеры в действии» – это был намек на физическое уничтожение нелегальных поселений рома.
Итальянцы критичны и к мусульманам-выходцам из стран Африки – 6 из 10 опрошенных негативно отзываются о них, в Великобритании только 19% населения негативно относятся к африканцам, а среди французов и немцев таких «недовольных» 24%.
Такую динамику можно пояснить тем, что именно в Италию пребывает огромное количество мигрантов из африканских стран – только за прошлые выходные в страну прибыло свыше 4000 переселенцев.
Европейская комиссия не хочет пересматривать дублинское соглашение, согласно которому беженец может оставаться только в стране пребывания и не торопится распределять квоты на расселение беженцев – поэтому Италия вынуждена сама бороться с потоком мигрантов, а это раздражает местное население страны.
По отношению к евреям свое недовольство выразили 21% итальянцев, в Польше – 28%.
Каждый пятый итальянец предубежденно относится к евреям, тогда, когда во Франции и Великобритании евреев недолюбливает всего один из ста.
Итальянцы считают, что власти неправильно ведут политику по отношению к мигрантам. Они ставят интересы граждан ниже интересов приезжих, компании продолжают наживаться на потоке мигрантов, а радикалы пиарятся на волне этой проблемы.
Россияне уверены, что ждать отмены визового режима с Европой для того, чтобы без предварительного посещения консульства пересекать европейскую границу, вовсе не обязательно. По их мнению, достаточно купить в Европе жилье – и беспрепятственный въезд обеспечен.
«К сожалению, это самая распространенная ошибка, которая к тому же подпитывается недобросовестными консультантами по недвижимости, вводящими клиента в заблуждение: купите квартиру и ВНЖ обеспечен. В реальности же наличие недвижимости в Европе не дает гарантии, что вам простую визу поставят, не говоря уже о ВНЖ», – предупредил директор департамента инвестиций в зарубежную недвижимость компании IntermarkSavills Игорь Индриксонс. По мнению экспертов, процедуру получения вида на жительство в европейской стране следует рассматривать не в контексте покупки недвижимости, а в конкретных программ по получению ВНЖ, которые есть в той или иной стране.
Например, вида на жительство в Австрии не имеют ни Юрий Лужков, ни его супруга Елена Батурина, владеющая в стране отелями и курортными базами. Но директор московского офиса компании Tax Consulting UK Эдуард Савуляк напомнил о специальной программе, по которой ВНЖ в Австрии на один год можно «купить», инвестировав от 75 тыс. евро. «Сумма эта безвозвратная, но и ВНЖ получается автоматом», – заверил он.
Опрошенные журналом EUROMAG эксперты единогласно признают, что наиболее простой вариант получения ВНЖ в стране Евросоюза для россиянина – это покупка жилья в Латвии. Как уже неоднократно писал EUROMAG, для этого достаточно в Риге и окрестностях купить жилье на 150 тыс. евро или на 70 тыс. евро в другом регионе – и ВНЖ ставится на пять лет. «Уникальность латвийской программы в том, что Рига не требует какого-либо минимального срока проживания в стране, хотя в других государствах это обязательное требование», – пояснила генеральный директор компании «МИЭЛЬ-DPM» Наталья Завалишина. И тем не менее, если вспомнить пример Лужкова, и в Латвии покупка квартиры не гарантирует получение ВНЖ.
Эксперты международного агентства недвижимости Gordon Rock составили рейтинг гостеприимства, в котором расставили по местам страны Европы по степени легкости приобретения жилья россиянами и возможности последующего получения визы или ВНЖ. Первое место в списке досталось Болгарии. «Страна характеризуется большим сроком, на который россиянам предоставляются визы в случае покупки недвижимости (3 года), высокой транспортной доступностью (14 ежедневных авиарейсов из России) и наиболее тесной культурной идентичностью с Россией», – пояснил журналу EUROMAG президент агентства Gordon Rock Станислав Зингель.
Кроме того, осенью прошлого года Болгария упростила получение иностранцами разрешения на постоянное проживание: согласно поправкам в закон об иностранцах, принятым парламентом страны, пятилетнее и законное проживание в Болгарии стало основным критерием для получения иностранцами постоянного места жительства в стране. Впрочем, кандидат должен доказать, что он располагает достаточными средствами для проживания в Болгарии, и обладать медицинской страховкой.
Второе место рейтинга гостеприимства досталось Кипру. Управляющий партнер InvestPravo PROPERTY Элина Сиванкова заверила EUROMAG, что Кипр вместе с Латвией – единственные страны, где покупатель жилья вправе рассчитывать не на визу, а на вид на жительство (но, опять же, без гарантий). Для этого на Кипре необходимо приобрести недвижимость на сумму более 300 тыс. евро.
Замыкает тройку лидеров не входящая в Евросоюз Черногория, куда при въезде на срок менее 30 дней россиянину виза вовсе не требуется. В прошлом году страна, желая поправить свое финансовое положение, даже начала торговать не просто ВНЖ, а паспортом (гражданство). Для этого достаточно было инвестировать в экономику Черногории всего 500 тыс. евро. И хотя сама Черногория в ЕС не входит, ее граждане имеют право свободного въезда. Но программу уже через четыре месяца прикрыли. В итоге сейчас иностранец при условии покупки недвижимости на 500 тыс. евро может претендовать на получение вида на жительство.
Что касается других стран Европы, то, например, приобретение недвижимости в Испании дает возможность получения шенгенской мультивизы сроком на шесть месяцев. Визу на 180 дней выдадут и покупателю недвижимости в Финляндии. А в Германии покупка жилья дает право получения разовой трехмесячной визы. Для получения ВНЖ необходимо инвестировать в страну 250 тыс. евро и открыть юридическое лицо с созданием пяти рабочих мест.
Что касается Эстонии, то, по словам Элины Сиванковой из InvestPravo PROPERTY, жилье, приобретенное в этой балтийской стране, дает право на получение двухлетнего вида на жительство, но «зачастую это подкрепляется оформлением собственника жилья в акционеры какой-либо эстонской компании».
В Испании наличие недвижимости – обязательное условие при получении вида на жительство, но при этом требуются определенные суммы для проживания каждого члена семьи (подтвержденный доход) и срок первого вида на жительство только один год.
«Всего лишь» на визу можно рассчитывать и купив жилье в Италии – шенгенский мульт выдадут на 180 дней. Как уже писал EUROMAG, для того чтобы получить ВНЖ в Италии, с декабря прошлого года приходится сдавать экзамен на знание итальянского языка. Аналогичные требования и в Австрии – претенденты на получение вида на жительство должны обладать по крайней мере базовыми знаниями немецкого языка.
А вот покупка жилья во Франции вообще не дает права даже на получение мультивизы. «Чтобы рассчитывать на получение вида на жительство во Франции, необходимо приобрести бизнес, либо являться студентом учебного заведения, либо иметь трудовой договор в стране», – говорит директор департамента элитной недвижимости компании Knight Frank Елена Юргенева.
Такие же сложности с получением визы и в Греции – приобретение недвижимости практически не дает никаких преференций при получении визы. «Максимум, на что может надеяться домовладелец, так это льготный режим получения обычной визы на 90 дней пребывания в течение полугода или года», – пояснил Станислав Зингель из Gordon Rock.
Самыми негостеприимными странами эксперты признали Великобританию и Швейцарию. «Соединенное Королевство не дает права на получение статуса резидента или на какие-либо привилегии при получении виз, – заверяет Елена Юргенева из Knight Frank. – Но если россиянин пожелает иметь статус резидента в Великобритании, то есть несколько категорий программ, позволяющих получить этот статус. Это программа «Инвестор», программа для высококвалифицированных специалистов (HSMP), программа «Предприниматель» (Entrepreneur), программа «Состоятельный пенсионер», – пояснила она, добавив, что получение права на постоянное проживание в Великобритании, а тем более получение британского гражданства является сложным процессом и «лучше всего его поручить надежным иммиграционным адвокатам».
Самым непростым вариантом получения ВНЖ стала Швейцария. Достаточно привести в пример, что в этой стране существуют квоты на приобретение жилья гражданами иностранных государств.
Несмотря на существенные различия, в правилах выдачи вида на жительство есть один общий пункт во всех этих странах (кроме Латвии) – покупателю жилья ради ВНЖ какое-то количество дней в году (как правило, шесть месяцев) придется жить за границей. Причем срок проживания будет проверяться миграционными властями.
Но обязанность проживания в купленном жилье можно избежать, правда покупать недвижимость придется не в Европе, а на острове Сент-Китс в Карибском бассейне. Как ни странно, но это самое маленькое государство в Западном полушарии обладает самой старой в мире программой «Гражданство за деньги».
По словам Игоря Индриксонса из компании IntermarkSavills, купив жилье на острове за 350 тыс. долларов (плюс еще пошлина в 150 тыс. долларов), с паспортом Сент-Китса можно без виз въезжать на территорию ЕС благодаря тому, что государство входит в так называемое Британское Содружество, граждане которого обладают свободным въездом в ЕС.
Иммиграция, представлявшаяся в 1980-е годы временным явлением, превратилась в постоянный фактор жизни Италии, оказывающий все большее влияние не только на экономику и социальную сферу, но и на политическую, общественную и культурную жизнь страны. Однако идеологизация иммиграционной проблематики и жесткое политическое противостояние по вопросу иммиграции ведущих политических партий затрудняют выработку комплексного подхода к этой сложной социально-экономической, этнокультурной и политической проблеме.
Как и 20 лет назад, политика правительства сконцентрирована на проблеме нелегальной иммиграции и борьбе с ней. Что касается иммигрантов, находящихся в стране на легальных основаниях, ими занимаются местные и региональные власти, а также работодатели. Как это часто бывает в Италии, решения местных политиков принимаются исходя из политических установок и личных пристрастий.
Например, в области Тоскана, где у власти стоят представители левоцентристского блока, принят региональный закон об интеграции иммигрантов. Руководство области оказывает финансовую и организационную поддержку постоянному форуму для обсуждения проблем иммиграции, межкультурного взаимодействия и совместного общежития, а также реализует большой региональный проект «Объединимся против расизма».
Иная картина наблюдается там, где у власти находятся представители Лиги Севера [8]. Примером может служить вызвавшая большой скандал в конце 2009 г. полицейская операция по поиску нелегальных иммигрантов, проведенная в небольшой коммуне Коккальо в Ломбардии, под кодовым названием «Белое Рождество» (название операции имело расовый подтекст, поскольку все нелегальные иммигранты, выявленные в ходе нее, были выходцами из Африки).
Активную роль в судьбе иммигрантов в Италии играют христианские, волонтерские, неправительственные и общественные организации, а также профсоюзы, отстаивающие права этой группы населения.
Что касается работодателей, то они обычно руководствуются прагматическими и утилитарными соображениями, нередко прибегая к неформальным формам занятости, очень распространенным в Италии, или к откровенной эксплуатации.
По данным исследования «Безопасность, работа в Италии по-черному и иммиграция», проведенного в 2010 г., у лиц, не имеющих специальных разрешений на работу в Италии, больше шансов трудоустроиться (в этой группе занятость достигает 90%), однако при этом в 68% случаев речь идет о работе «по-черному» – не только с нарушением трудового и налогового законодательства, но часто и без соблюдения правил безопасности на производстве. В результате почасовая оплата нелегального работника меньше в среднем на 30–50%, чем у итальянцев, и на 10%, чем у легальных иммигрантов, занятых аналогичным трудом.
Нелегалы выполняют самую тяжелую, неквалифицированную и опасную работу, 48% из них трудятся в ночные смены, часто без выходных, не имея при этом никаких социальных гарантий [10].
Число иностранцев, живущих и работающих в Италии, уже превысило 5 миллионов. Несмотря на их вклад в экономику, менее трети граждан страны видят в иммиграции скорее благо, чем проблему. Жесткий курс правительств С. Берлускони позволил резко сократить «высадки» нелегалов на берега Апеннинского полуострова, но решения не принес. Подавляющее большинство итальянцев негативно оценивают иммиграционную политику властей, находя ее недостаточной и неэффективной. «Иммиграционный кризис» 2011 года стимулировал бурные дебаты в обществе и парламенте.
Лет тридцать назад трудно было представить, что Италия, многие поколения граждан которой, не находя работы на родине, эмигрировали в другие страны, станет привлекательной для иммигрантов. Однако в контексте эволюции мировых миграционных процессов, динамики экономического развития и демографических сдвигов такой переход представляется закономерным.
Необычна скорость, с которой Италия превращается в страну массовой иммиграции. Если в 1991 г. здесь официально насчитывалось 652 тыс., а в 2001 г. – 1,3 млн иммигрантов, то на 31 декабря 2010 г. их было зарегистрировано уже 4,57 млн (7,5% общей численности населения). Это один из самых высоких показателей среди стран – членов ЕС [17]. С учетом нелегальных мигрантов, численность которых, по разным оценкам, колеблется от 500 до 800 тыс. человек, общее число иностранных граждан, живущих и работающих в Италии, приблизилось к 5,3 млн [31].
Особенности иммиграционных процессов
В вопросах иммиграции Италия стала заложницей своего географического положения. Близость к берегам Африки, странам Балканского полуострова и Восточной Европы, большая протяженность морских границ долгие годы определяли характер миграционных процессов и этнический состав прибывающих.
Впервые Италия столкнулась с мигрантами в середине 1970-х годов. Тогда речь шла о транзите через Италию нелегальных мигрантов из Африки и Югославии в страны Западной Европы, закрывшие из-за кризиса легальный въезд для желающих найти работу. Однако очень скоро страна сама стала достаточно привлекательным «пунктом конечного назначения» для сотен тысяч искателей лучшей жизни из третьего мира. Существенное влияние на динамику миграционных процессов оказывала и до сих пор оказывает нестабильность в Средиземноморском регионе: любые политические потрясения здесь приводят к массовому исходу в Италию беженцев и мигрантов. Ярким примером может служить недавний поток из Туниса, вызванный так называемой жасминовой революцией. В 1990-е годы Италия регулярно подвергалась подобным нашествиям [33], что крайне негативно сказалось на отношении итальянцев к иммигрантам.
Следует отметить, что ни государство, ни общество не были готовы к массовой иммиграции. Со многими странами, откуда шли основные миграционные потоки, у Италии не было визового режима. Существовали проблемы с охраной морских границ. В то же время на юго-восточном и юго-западном побережьях страны, где береговая граница составляет сотни километров, в течение десятилетий функционировали криминальные группировки, занимавшиеся переброской нелегальных мигрантов в Европу. К тому же до 1986 г. в стране отсутствовало законодательство, которое регулировало бы пребывание иммигрантов на ее территории, в результате чего они не могли получить вид на жительство в Италии, но при этом их нельзя было и выслать. В сочетании с ростом спроса на дешевый труд иммигрантов со стороны теневой экономики, эти факторы способствовали превращению нелегальной миграции в массовое и трудноискоренимое явление. По некоторым оценкам, в 1970–1980-е годы численность нелегалов в Италии достигала 1,2–1,5 млн человек [27]. Сегодня она оценивается разными экспертами на уровне 500–800 тыс. человек [31].
В целом в 1970-х – начале 1980-х годов отношение к иммигрантам со стороны итальянской политической элиты было достаточно позитивным. Многие политики – как левые (социалисты и коммунисты), так и христианские демократы – видели в приеме мигрантов, прибывавших преимущественно из Африки, акт солидарности и помощи обделенным. Существенную роль играло чувство вины за отсталость третьего мира, определявшее отношение многих левых политиков и той общественности, которую называют демократической, к вопросу о том, «пускать или не пускать» иммигрантов. Сегодня, правда, некоторые левые политики и эксперты признают, что, «открывая» Италию для иммигрантов и солидаризируясь с ними, они не задавались вопросом, может ли Италия принять всех желающих. Так, Л. Турко (в 1996–1998 гг. она возглавляла министерство социальной солидарности в левоцентристском правительстве Р. Проди и была одним из авторов иммиграционного закона 1998 г.) сказала в интервью газете «Corriere della Sera», что в начале 1990-х годов «ошибалась, полагая, что в вопросах иммиграции можно руководствоваться соображениями солидарности», и только в статусе министра начала «выступать за жесткое регулирование потоков иммигрантов» [30]. Ей вторит эксперт министерства внутренних дел по вопросам общественной безопасности М. Барбалья, заявивший, что в 1990-е годы его взгляды на иммиграцию определялись в значительной степени левыми убеждениями и он старался не замечать проблем, связанных с иммиграцией, в частности – роста преступности [там же].
В то же время у рядовых итальянцев сложилось неоднозначное отношение к иммиграции. Уже первые иммигранты вызвали в определенных слоях общества отторжение. Наблюдатели отмечают, что для итальянцев характерно проявление не столько расизма, сколько ксенофобии – неприязни к «другому» (иным традициям и культуре, манере поведения), прежде всего на бытовом уровне. Некоторые аналитики в связи с этим проводят параллели с негативной реакцией жителей Милана и Турина на массовый приток мигрантов из южных областей страны в период индустриализации 1950-х годов. По мнению других, неприятие иммигрантов есть результат провинциальной замкнутости итальянцев и отсутствия у них, в отличие от Франции, Великобритании или Испании, опыта общения с «колониальными» народами. Третьи видят в этом политический просчет сил, находившихся у власти в 1980-е годы, открыто проявлявших желание не только принять, но и «обогреть всех страждущих». При этом никто не хотел замечать негативных последствий нерегулируемой иммиграции, включая рост преступности, наркомании и проституции, связанный с появлением в стране этнических преступных группировок. В условиях бедности, нерешенности многих социальных проблем и слабости системы социальной защиты такая позиция политиков вызывала у простых итальянцев лишь раздражение и отрицательные эмоции по отношению к иммигрантам [12, 8].
С 1980-х годов в академических и политических кругах Италии активно шли дискуссии по вопросам, открывать или не открывать границы для иммигрантов и в каких масштабах их принимать, легализовать ли незаконных мигрантов, повинны ли развитые страны в мировой бедности, как относиться к проявлениям расизма. Все это вело к поляризации общественного мнения и позволяло использовать тему иммиграции в политической борьбе. Законодатели, вместо разработки комплексного законодательства и создания системы управления миграционными потоками, которая учитывала бы реальные потребности итальянской экономики в иностранной рабочей силе, под давлением общественного мнения принимали «чрезвычайные меры» [1].
На волне антииммигрантских настроений в обществе на политическую арену Италии укрепили свои позиции партии и движения, открыто выступающие с антиимиграционными заявлениями. В частности, Лига Севера и некоторые представители Национального альянса, преемника неофашистского Итальянского социального движения (ИСД) стали представлять себя в качестве рупора тех, кто видел в иммиграции угрозу своей безопасности, занятости, социальным гарантиям, а также национальной, культурной и религиозной идентичности, и требовали закрыть страну для иммигрантов. Очень скоро эти партии обрели свой электорат. Если на выборах 1987 г. недавно созданная Лига Севера набрали всего 0,5% голосов, то на последующих общенациональных выборах в 1992 г. — 8,6%, в 1994 г. — 8,4% и в 1996 г. — 10,1% голосов.
Национальный альянс (НА), также добился заметных успехов на парламентских выборах в 1990-ые годы: в 1992 г. за партию проголосовало 5,4% избирателей, в 1994 г. — 13,5%, в 1996 г. — 15,7% [3]. В 1994 г., 2001 г., и 2008 г. обе эти партии в союзе с движением С.Берлускони «Вперед, Италия”, а затем и с его партией «Народ свободы” побеждали на парламентских выборах и их представители входили в состав право-центристского кабинета. У.Босси – председатель Лиги Севера и Дж.Фини– глава Национального альянса, войдя в правительство С.Берлускони в 2001 г., разработали и провели через Парламент крайне жесткий иммиграционный закон, известный как Закон «Босси-Фини”.
И сегодня Лига Севера укрепляет свои электоральные позиции, причем и не только в северных областях, но и в так называемых «красных” регионах, традиционно голосующие за левых, в частности в Тоскане, Марке, Эмилии-Романие. На региональных выборах 2010 г. Лига Севера получила 12,28% голосов, а в восьми областях, где партия уже имела своих представителей в представительных органах, за нее проголосовало 19,77% [11].
Эволюция иммиграционного законодательства
До середины 1980-х годов положение иностранных граждан, находившихся на территории Италии, определялось на основе Конституции, гарантирующей соблюдение «гражданских прав и свобод без различий пола, расы, языка, религии, политических взглядов, личного или социального положения» (статья 3). Что касается статуса иностранных граждан, то он, согласно статье 10 Конституции, «регулируется законом в соответствии с нормами международного права и международными соглашениями». Законом от 1961 г. была учреждена система видов на жительство и разрешений на право работы, выдачей которых ведало министерство труда Италии.
В связи с массовым притоком в страну рабочей силы правительство предприняло попытку ввести систему регулирования миграции. В частности, в 1981 г. Италия присоединилась к конвенции Международной организации труда (МОТ) о нелегальной миграции. Министерство труда разработало законопроект, предусматривавший ужесточение контроля над иностранной рабочей силой. Одновременно было принято решение о замораживании оформления разрешений на работу. По мнению итальянского исследователя К.Коданьоне, данное решение в условиях увеличения спроса на дешевый труд иммигрантов со стороны итальянских предпринимателей еще больше стимулировало нелегальное использование труда иммигрантов и создало условия для роста нелегальной иммиграции [1].
Первый иммиграционный закон, принятый в 1986 г., был разработан коалиционным правительством во главе с социалистом Б.Кракси. В нем были определены условия и процедура получения разрешений на работу, предусматривались санкции против работодателей, использующих труд нелегальных мигрантов, и лиц, поощряющих нелегальную иммиграцию. Закон предоставлял рабочим-мигрантам, приехавшими из стран – не членов ЕС, практически те же права, которыми пользовались итальянские рабочие. По этому закону срок действия вида на жительство был отделен от срока действия трудового соглашения, что позволяло иммигрантам, потерявшим работу, оставаться в стране на легальных основаниях. Центрам занятости предписывалось составлять специальные списки безработных иностранных рабочих, ищущих работу. Иммигрантам, законно въехавшим в страну и имеющим вид на жительство, гарантировалось право на воссоединение с семьей. Были созданы органы, занимающиеся координацией и мониторингом миграционных процессов. Специальный совет в министерстве труда ведал проблемами рабочих, приезжающих из стран – не членов ЕС, а орган при министерстве иностранных дел занимался подготовкой и контролем исполнения двусторонних соглашений со странами, откуда шла массовая нелегальная миграция [9]. На практике этот закон оказался малопригодным как для регулирования миграционных потоков, так и для борьбы с нелегальной иммиграцией.
На основе закона провели первую легализацию иммигрантов. В общей сложности виды на жительство получили 400 тыс. человек. Однако, по оценкам экспертов, в стране находилось в два, а то и в три раза больше мигрантов. Часть из этих людей не стали оформлять документы из-за боязни быть высланными, другие столкнулись с непреодолимыми формальностями (отсутствие необходимых документов, нехватка переводчиков, длинные очереди, продолжительные сроки оформления).
Наличие в Италии теневой экономики также способствовало эрозии регулирующих механизмов. Иммигранты имели возможность устроиться на работу и без соответствующих документов. Кто обладал видом на жительство, мог зарегистрироваться в качестве безработного и работать без заключения контрактов и трудовых соглашений. Это было выгодно и работникам, и работодателям, поскольку позволяло уклоняться от уплаты налогов и взносов социального страхования. Очередное замораживание разрешений на работу привело лишь к увеличению нелегального въезда иммигрантов в страну. В результате правительство решило провести очередную легализацию живущих в Италии нелегальных иммигрантов (так называемую амнистию). Неэффективной оказалась и деятельность органов, занимавшихся вопросами иммиграции. Оба совета были распущены через четыре года после вступления в силу закона. В декабре 1989 г. Комиссия по конституционным вопросам палаты депутатов итальянского парламента подготовила доклад под названием «Исследование условий пребывания иностранцев в Италии и феномен фашизма», в котором указывалось на серьезность проблем, порождаемых нерегулируемой иммиграцией, и невозможность их решения с помощью существующего иммиграционного законодательства [1].
В 1990 г. был принят новый иммиграционный закон № 39/90, авторы которого попытались создать механизм регулирования миграционных потоков. В частности, закон предусматривал ежегодное установление максимальной численности вновь прибывающих легальных иммигрантов и высылку из страны иммигрантов, нарушающих общественный порядок. Одновременно закон предписывал проведение серии амнистий для нелегальных иммигрантов, включая лиц, не имеющих работы. (Всего в соответствии с этим законом было легализовано 250 тыс. человек). Для значительного числа стран вводился визовый режим, что позволяло контролировать потоки мигрантов на стадии получения разрешения на въезд в страну. Закон также распространял право на убежище на граждан любой страны (ранее это право предоставлялось лишь приезжавшим из СССР и социалистических стран).
Это был своего рода поворот. Отныне миграция рассматривалась властями как постоянное явление, требующее регулирующих мероприятий со стороны правительства. Предполагалось, что квоты на въезд иностранных рабочих будут учитывать как потребности экономики, так и возможность общества их принять.
Однако реализация закона не дала желаемых результатов. Попытки приостановить иммиграционный приток путем квотирования численности легально въезжающих в страну иностранных работников провалились. Запретительные меры увеличили нелегальную иммиграцию.
Неэффективность иммиграционной политики правительства вызвала в начале 1990-х годов недовольство общественности. Это отразилось и на содержании иммиграционного законодательства. Декрет, принятый в 1995 г. правительством Л. Дини, стал компромиссом между требованиями националистически настроенной Лиги Севера, касающимися ужесточения режима въезда в страну, и позицией левых партий и христианских демократов, традиционно обеспокоенных проблемой солидарности с иммигрантами. С одной стороны, вводилась новая система отказа во въезде в страну и высылки иностранцев, нарушивших иммиграционные правила, с другой – была предусмотрена очередная амнистия нелегалов, увеличившая численность иммигрантов в стране еще на 250 тыс. человек. В обществе укрепилось мнение, что правительство не способно контролировать иммиграцию [1].
Очередной закон № 40/98 (так называемый Единый иммиграционный закон) был разработан и проведен в жизнь левоцентристским правительством в 1998 г. Представляя закон в парламенте, авторы указывали, что его целями являются «борьба с нелегальной миграцией и криминальной эксплуатацией иммигрантов; реализация политики легального и планируемого въезда иностранных рабочих и создание эффективных мер по интеграции новых иммигрантов и иностранцев, проживающих в Италии» [7]. Разработчики исходили из того, что эффективная интеграция иммигрантов возможна только в условиях результативной борьбы с иммиграцией нелегальной. Закон предусматривал укрепление внешних средств контроля (визы, квоты), вводил жесткие санкции против организаторов нелегального въезда в страну (тюремное заключение сроком от 1 до 3 лет), предусматривал более эффективные механизмы выдворения из страны (насильственную депортацию под конвоем и создание центров временного заключения под стражу для содержания лиц, в отношении которых принято решение о депортации), а также заключение соглашений с основными странами – источниками иммиграции о беспрепятственном пропуске мигрантов на родину. Для граждан стран, заключивших соглашения о регулировании иммиграционных потоков, итальянские власти вводили специальные квоты на въезд.
В то же время закон 1998 г. не содержал мер по регулированию рынка труда и контролю над нелегальной занятостью в теневой экономике. Единственное, что было предусмотрено, – это введение механизма планирования иммиграции в виде годовых квот на легальный въезд. В 1998 г. размер квоты на использование иностранной рабочей силы составил 38 тыс. человек. Однако число заявлений оказалось намного больше. К тому же большинство заявлений исходило от лиц, уже живущих в Италии. В результате правительство вынуждено было провести очередную (пятую за 16 лет) амнистию нелегальных иммигрантов.
Главная особенность данного закона состояла в том, что правительство впервые обратило внимание на проблемы интеграции иммигрантов. Были сформулированы принципы, которыми надлежало руководствоваться властям всех уровней для обеспечения этого процесса. Создавался институт культурных посредников (медиаторов), учреждались территориальные советы по вопросам иммиграции и специальный Фонд финансирования иммиграционной политики, средства которого должны были направляться на создание курсов по изучению языка, культуры и социально-политической системы Италии взрослыми иммигрантами, а также на подготовку педагогических кадров для работы в школе с их детьми.
Правительство учредило специальную Национальную комиссию по политике интеграции иммигрантов. Как говорилось в президентском декрете, «интеграция должна стать инструментом, обеспечивающим недискриминационный процесс взаимодействия итальянского общества и иммигрантов, базирующийся на сочетании универсальных ценностей и признании различий, с тем чтобы избежать маргинализации и геттоизации, угрожающих стабильности и социальному сплочению в обществе» [7].
В 2001 г. Комиссия предложила модель интеграции, которая, как предполагалось, должна была учитывать культурно-исторические и политические традиции и специфику иммиграционных процессов в Италии. Полагая, что для Италии не подходят ни ассимиляция, ни мультикультурализм, авторы предлагали строить отношения между итальянским обществом и иммигрантами на основе «культурного плюрализма» и «межкультурного взаимодействия». Вместе с тем, как обязательное условие рассматривалось признание иммигрантами ценностей и норм итальянского общества [там же].
Победа на парламентских выборах 2001 г. правоцентристской коалиции, куда наряду с более умеренными партиями входила и Лига Севера, положила на том этапе конец этому направлению правительственной политики. Новый закон № 189/02, принятый в 2002 г. (так называемый закон Босси-Фини), ориентировался не на идею интеграции, а на германскую модель «гостевых рабочих» и привязывал присутствие иммигрантов на территории Италии исключительно к трудовым контрактам.
Закон ввел новое понятие – «контракт на пребывание». В отличие от рабочего контракта, контракт на пребывание заключается с итальянским работодателем до въезда в страну и является единственным основанием для получения вида на жительство. Причем работодатель обязан гарантировать иностранному работнику не только место для проживания, но и оплату проезда при его возвращении на родину.
По Закону иммигранты, не имеющие виз, должны направляться в специальные центры для установления их личности. Если в течение 60 дней это сделать не удается, они подлежат высылке из страны. При этом высланный лишается права на въезд в Италию сроком на 10 лет. При трудоустройстве иммигрантов, не имеющих визы, работодатели должны заключить с ними контракт сроком на один год и внести в казну взнос: 330 евро – за домработницу, 800 евро – за работника, занятого в сельском хозяйстве или на промышленном предприятии. Владелец предприятия, использующий труд нелегальных иммигрантов, платит за каждого из них штраф в размере 5 тыс. евро. Работодатель может быть даже заключен в тюрьму сроком от трех месяцев до года.
Закон существенно затруднил процедуру воссоединения семей иммигрантов и резко сузил круг лиц, имеющих право на политическое убежище [2].
Против Закона выступила не только левоцентристская оппозиция, назвавшая его «расистским» и «бесчеловечным», но и Конфедерация промышленников и предпринимателей, настаивающая на том, что итальянская промышленность задыхается без притока дешевой рабочей силы. Эксперты указывали, что запретительные меры не только не искореняют нелегальную иммиграцию, но, напротив, способствуют ее росту [2,4].
Однако правительство С.Берлускони, несмотря на критику, последовательно проводило курс на сокращение притока иммигрантов в страну. В 2009 г. был принят так называемый «Пакет мер по обеспечению безопасности», в котором была ужесточена финансовая ответственность, а в ряде случаев предусмотрено уголовное наказание за нелегальное пребывание в стране как для иммигрантов, так и для лиц, «оказывающих им содействие», к которым отнесены работодатели и владельцы жилья. Последние могут быть подвергнуты тюремному заключению сроком от полугода до трех лет с последующей конфискацией недвижимости. Авторы закона хотели ввести ответственность и для врачей, оказывающих помощь нелегалам, но под давлением медицинского сообщества и протестной кампании отказались от этой идеи. Не стали вводить и предоставление документов, подтверждающих законность пребывания в стране, при устройстве детей в школу.
За незаконное пребывание на итальянской территории для иммигрантов установлен штраф в размере от 5 до 10 тыс. евро. Иностранцы, не предъявившие полиции паспорта или удостоверения личности вместе с видом на жительство, могут быть заключены в тюрьму сроком до одного года и одновременно оштрафованы на сумму до 2 тыс. евро. За продление или возобновление вида на жительство по закону 2009 г. взимается от 80 до 200 евро.
Каждый иммигрант, получающий впервые вид на жительство, должен отныне подписывать «Договор об интеграции». В соответствии с этим документом за два года (срок, на который выдается вид на жительство) необходимо набрать определенное количество баллов, которыми оцениваются знание итальянского языка, истории, правовых норм, навыков, позволяющих свободно включиться в жизнь в Италии. Предусмотрено снятие баллов за нарушение налогового и административного режима, за привлечение к судебной ответственности и ряд других нарушений права. Потеря всех баллов ведет к аннулированию вида на жительство и выдворению из страны.
Закон также продлевает срок пребывания нелегальных мигрантов в центрах временного содержания (переименованы в «центры установления личности и выдворения») с 60 до 180 дней [23].
Некоторые положения итальянского закона впоследствии были скорректированы в соответствии с общими требованиями Евросоюза к иммиграционной политике стран – членов ЕС. В частности, Европейский суд указал, что статья о наказании в виде лишения свободы для «гражданина государства, не входящего в ЕС, который нелегально находится в стране и не исполнил предписание о необходимости покинуть территорию Италии», не соответствует директиве ЕС, требующей «проведения эффективной политики выдворения и репатриации, при соблюдении основных гражданских прав» [22].
Иммиграционная политика и борьба с нелегальной миграцией
В течение последних 20 лет все правительства (как левоцентристское, так и правоцентристское) делали акцент на борьбе с нелегальной миграцией и контроле над миграционными потоками в интересах прежде всего общественной безопасности. Правда, правительство С. Берлускони ставило задачу еще и максимально ограничить приток в страну новых иммигрантов. Обвиняя своих предшественников в «излишней доброте», Берлускони неоднократно заявлял, что Италия готова принимать иностранных граждан только по гуманитарным соображениям, предоставляя убежище тем, чья жизнь и свобода подвергаются опасности. Главными темами в его иммиграционной политике стали депортация и репатриация тех, кто незаконно пересек границу Италии или нелегально остался на ее территории
По оценкам, наземным путем, в том числе и через страны ЕС – участницы Шенгенского соглашения (Австрию, Францию и Грецию), в Италию прибывает до 15% нелегальных иммигрантов. Долгое время основными нарушителями наземной границы Италии были преимущественно выходцы из стран Центральной Европы и Балканского полуострова – Румынии, Болгарии, Албании, Словении. В 2005 г. доля выдворяемых граждан Румынии достигала 20% от общего числа высланных, Болгарии – 10,9%. Албанцы находились на третьем месте – 7%. Вступление Румынии и Болгарии в Евросоюз привело к изменению статуса граждан этих стран, но не облегчило положение с иммигрантами. Например, румынская диаспора (самая многочисленная в Италии) насчитывает сегодня 1 млн человек, и у многих из них возникают существенные проблемы с интеграцией и законом. Об этом можно узнать не только из многочисленных интернет-блогов, но и из официальных заявлений румынских властей, протестующих против депортаций румын и румынских цыган. В то же время итальянцы увязывают рост преступности в стране с увеличением румынской диаспоры. Так думают и простые граждане, и многие политики, в том числе и левые. В частности, после убийства в Риме итальянской гражданки румынским иммигрантом в ноябре 2007 г. мэр Рима (представитель левоцентристского блока) В. Вельтрони заявил, что до вступления Румынии в ЕС его город был самым безопасным [28].
Хотя морским путем в Италию нелегально прибывает всего 10% иммигрантов, однако именно они, приплывающие из Африки на утлых лодчонках, вызывают наибольшие дискуссии в обществе. Отчасти этому способствуют репортажи с места событий и тиражируемые СМИ драматические, а иногда и трагические подробности этих «высадок», как их именуют итальянские журналисты.
За последние 10 лет правительству удалось несколько ослабить остроту проблемы путем усиления патрулирования своих территориальных вод, создания системы специальных полицейских подразделений и центров временного содержания. В связи с наплывом беженцев из Туниса и Ливии в ходе «арабской революции» 2011 г. срок содержания в этих центрах был увеличен до 18 месяцев (закон 129/2011).
Еще в начале 2000-х годов Италия заключила соглашения о репатриации и депортации с правительствами африканских стран, откуда идут основные потоки нелегальных мигрантов. В 2008 г. для пресечения незаконных перевозок мигрантов из Африки в Италию с лидером Ливии М. Каддафи было подписано соглашение о контроле за морским побережьем страны. Итальянские власти предоставили в распоряжение Ливии быстроходные пограничные суда. Подписание договора с режимом М. Каддафи вызвало бурю критики со стороны леволиберальной общественности, правозащитников и католической церкви, а когда власти начали возвращать суда с нелегалами в Ливию, не рассматривая вопроса о предоставлении убежища даже формально, это вызвало бурную реакцию со стороны руководства ЕС и Верховного комиссариата ООН по делам беженцев. Отвечая на критику, премьер-министр Италии С. Берлускони и министр внутренних дел Р. Марони указывали, что власти Италии действуют в рамках закона, в соответствии с нормами международного права и международными обязательствами Италии.
В целом жесткие меры борьбы с нелегальными пересечениями морской границы Италии дали свои результаты. За весь 2010 год на побережье Сицилии и соседних островов высадилось 205 человек, а общее число нелегальных мигрантов, прибывших морским путем, составило всего 1470 человек. Правительству Италии даже пришлось закрыть центры по приему нелегальных мигрантов на печально знаменитом острове Лампедуза.
Однако революция в Тунисе и свержение режима М. Каддафи привели к новой волне беженцев и мигрантов. По оценке министерства внутренних дел, за несколько месяцев «арабской весны» с начала 2011 г. на соседних с Сицилией островах высадились 51596 беженцев и так называемых «экономических мигрантов», а всего в Италию морским путем прибыли 60656 человек. Выступая перед депутатами парламента 29 сентября 2011 г., замминистра внутренних дел правоцентристского правительства [34] С. Виале отметила, что часть прибывших получила временные разрешения по гуманитарным соображениям. В то же время чуть более 16,5 тыс. человек было репатриировано. С переходным правительством Ливии Италия также не замедлила подписать соглашения о сотрудничестве в деле возвращения мигрантов на родину и о противодействии транзиту нелегалов. Подобное соглашение было заключено и с временным правительством Туниса [13].
«Иммиграционный кризис» стимулировал бурные дебаты в обществе и парламенте, сопровождавшиеся взаимными обвинениями политических оппонентов в политиканстве и популизме и критикой правительства [16]. Критический разбор как принимаемых мер, так и предлагаемых рецептов дала Дж. Дзинконе – крупный специалист в области иммиграционной политики, профессор Туринского университета, возглавлявшая в 1998–2001 гг. Национальную комиссию по разработке политики интеграции иммигрантов, а ныне советник президента Италии по вопросам социального сплочения. В статье, опубликованной газетой «La Stampa», она выразила сомнение, что идея так называемой спонсируемой высылки (выплаты определенной суммы высылаемому иммигранту, на что специально выделяет средства Евросоюз) даст положительный результат – независимо от того, будет ли эти средства получать сам иммигрант или ими станут премировать правительства развивающихся стран за прием собственных граждан, высланных из Италии. В первом случае иммигранты, получив средства, либо вернутся еще раз, либо постараются нелегально остаться в стране. Что касается правительств развивающихся стран, то для них эмиграция граждан является возможностью сократить число безработных и поправить экономическое положение за счет денежных переводов от работающих за рубежом соотечественников. В этих условиях возврат нелегалов за деньги может стать для них просто дополнительным источником дохода.
Дж. Дзинконе предложила свое решение: активно развивать многостороннее сотрудничество со странами, откуда исходят и через которые идут потоки мигрантов. Речь идет, в частности, о финансовой помощи, инвестировании в развитие производства и создание рабочих мест. Учитывая экономические проблемы самой Италии, отмечает эксперт, сделать это будет крайне сложно [32].
Первые шаги в этом направлении сделало «техническое» правительство М. Монти, в котором впервые был учрежден пост министра по делам международного сотрудничества и интеграции. В его компетенцию входит координация деятельности правительственных органов и неправительственных организаций в сфере оказания гуманитарной помощи развивающимся странам в чрезвычайных ситуациях и содействия их экономическому развитию.
Еще одним важным направлением, которому, по мнению итальянских экспертов, необходимо больше уделять внимание, является борьба с криминальными структурами, занимающимися трафиком нелегальных иммигрантов и торговлей людьми [4]. Наиболее активно новой работорговлей занимается калабрийская мафия – ндрангетта. В частности, эксперты полагают, что за волнениями африканских сборщиков апельсинов в местечке Розарно в Калабрии, имевшими место в январе 2010 г., стояла именно мафия.
Борьба с нелегальной иммиграцией осложняется наличием в стране теневой экономики и отсутствием современных механизмов регулирования рынка труда. В этих условиях полицейские методы недостаточны и могут дать лишь временный эффект. Даже если предположить, что все выявленные нелегалы будут высланы, а все границы окажутся«на замке», у иностранца всегда найдется способ остаться в Италии и трудоустроиться. По официальным данным, 75% нелегальных иммигрантов – это иностранные граждане, въехавшие в Италию легально (по туристической или иной визе) и живущие в стране по просроченным документам. Многие из них остаются в Италии на годы и даже находят постоянную работу. Особенно часто это наблюдается среди такой категории работников, как сиделки, няни и прислуга в семьях, но имеет место и в промышленном производстве, и в строительстве. Обследования, проводившиеся в 2002–2003 годах, показали, что более 60% предприятий, в том числе крупные, не заключают трудовых контрактов с принятыми на работу иммигрантами. Такая система найма используется даже применительно к гражданам стран – членов Евросоюза [16].
О массовости этого явления красноречиво свидетельствуют данные амнистий. Так, в ходе легализации иммигрантов, проведенной в 2002 г., было подано 700 тыс. заявлений от лиц, проживавших на территории Италии не менее 3 месяцев до вступления в силу нового закона и имевших работу. После амнистии численность отдельных национальных диаспор возросла в разы. Например, число граждан Украины увеличилось в 8,6 раза (с 14 тыс. до 121 тыс.), Молдавии – в 5,5 раза (с 6,9 тыс. до 38,1 тыс.), Эквадора – в 4 раза (с 12 тыс. до 48,8 тыс.) [15].
Доля нелегалов среди иммигрантов сокращается по мере удлинения срока их пребывания в стране. В частности, опросы домашней прислуги и сиделок в итальянских семьях (одна из самых многочисленных и социально значимых групп работающих иммигрантов, регулированию которой правительство уделяет большое внимание) показали, что среди живущих в Италии 2 года доля нелегалов составляет 68,3%, от 3 до 5 лет – 38,8% и от 6 до 10 лет – 12,6% [16].
Проводя легализации, правительство Италии пытается ответить на запросы бизнеса и системы социальных услуг, нуждающихся в рабочей силе. За период с 1986 по 2009 г. в стране было проведено шесть легализаций, в результате которых 1,75 млн человек получили легальный статус [26]. В последние годы, из-за того, что органами Евросоюза массовые легализации запрещены, итальянские власти проводят «выборочное урегулирование рабочих отношений». В первую очередь это касается категории «домашних работников» и «сиделок», но также занятых в строительстве и других отраслях, где наблюдается нехватка рабочей силы или возникает потребность с помощью дешевого иммигрантского труда повысить конкурентоспособность.
Многие эксперты считают путь легализаций тупиковым. По их мнению, нужно не амнистировать нелегальных иммигрантов, а принимать меры, которые заставляли бы работодателей официально оформлять трудовые контракты, являющиеся юридической базой для получения работниками права на легальное пребывание в стране. В противном случае правительство обречено на бесконечные амнистии [4].
Неэффективной мерой является, по мнению экспертов, и система квот ввоза рабочей силы. Работодатели пытаются использовать это для легализации имеющихся у них нелегальных работников, поэтому заявки существенно превышают выделяемые квоты. В свою очередь, правительственные чиновники, опасающиеся недовольства профсоюзов и граждан, старательно понижают размеры квот. К тому же сами квоты недостаточно связаны с потребностями рынка труда: речь идет не о рекрутировании необходимых экономике работников, а о выдаче виз гражданам тех стран, с которыми у Италии есть специальные соглашения об иммиграции [4].
Экономический кризис обнажил всю противоречивость существующей системы регулирования иммиграционных потоков. Профсоюзы выступили против принятия квот на 2010 г., предусматривавших выдачу 100 тыс. разрешений на въезд. По их мнению, в условиях, когда только по официальным данным в стране остаются без работы 235 тыс. иммигрантов, правительству следует не выдавать новые разрешения, а разбираться с потерявшими работу – в частности, предоставлять им время на поиск новой работы и не лишать права на пребывание в стране [20].
Интересно, что с критикой политики квот начали выступать и представители христианских ассоциаций, обычно протестующие против любых ограничений иммиграции. По словам Д. Пистолато (главы венецианского отделения католической организации «Caritas», занимающейся проблемами иммиграции), «ситуация в сфере занятости настолько серьезная, что Италия не вправе открывать двери новым мигрантам». Он также заявил, что «необходимо смотреть правде в глаза: прием иммигрантов означает, кроме всего прочего, предоставление работы, обеспечение жильем и достойное и уважительное отношение к вновь прибывшим. Прием новых иммигрантов также не должен вести к панике и питать расистские настроения у местного населения. Иногда реализм является лучшим решением, в том числе в иммиграционной политике» [5].
Многие эксперты называют главным врагом интеграции иммигрантов и легального устройства на работу бюрократическую практику оформления документов. По данным профсоюзного объединения ВИКТ, обычно реальные сроки оформления документов составляют 289 дней вместо положенных по закону 20. Несколько лучше обстоят дела с возобновлением вида на жительство – сроки продления документа не превышают 45 дней. Но и за это время иммигрант может не только лишиться работы, но и превратиться в нелегала. Число таких выявленных в ходе полицейских рейдов нелегалов в 2010 г. составило около 50 тыс. человек [25].
Сменившее кабинет С. Берлускони правительство М. Монти сделало в этом плане шаг навстречу иммигрантам. В принятом им антикризисном плане, предписывается: «для облегчения найма иностранных рабочих, ожидающих выдачи или продления вида на жительство, считать пребывание их в стране и работу законными до момента получения окончательного решения компетентных органов» [14].
Несмотря на существенный вклад трудовых мигрантов в экономику (их доля в ВВП в 2009 г. составила 12,1%, или 165 млрд евро [26]) и то обстоятельство, что они выполняют самую тяжелую и непрестижную работу, от которой сегодня отказываются итальянцы, а их труд оплачивается в среднем на треть ниже, только 28% граждан Италии согласны с тем, что иммиграция является ресурсом для развития страны. Около половины жителей Апеннинского полуострова считают иммиграцию скорее проблемой, чем благом, в том числе и из-за нелегальной иммиграции. 68% опрошенных полагают, что большая часть иммигрантов в Италии являются нелегалами [29].
Многие эксперты, в свою очередь, утверждают, что такое отношение к иммиграции является результатом антииммиграционной риторики правоцентристского правительства, а также жесткого иммиграционного законодательства. Между тем, как отметил в интервью по поводу депортации цыган из Франции известный социолог из университета Генуи А. Дель Лаго, опросы показали, что 81% итальянцев одобрили меры французского правительства. По его мнению, если бы в Италии провели референдум по вопросу изгнания иммигрантов, результат скорее всего был бы таким же [6].
Хотя за время действия «Закона о безопасности» правительству С. Берлускони удалось существенно сократить нелегальные «высадки» на берега Италии (с 37 тыс. человек в 2008 г. до 9,5 тыс. в 2009 г. и 4,4 тыс. в 2010 г.), увеличить количество выдворений на границе до 4 тыс. и репатриировать под охраной 16 тыс. человек [17], опросы показывают, что в 2010 г. 70% граждан негативно оценивали иммиграционную политику правительства, считая все эти меры недостаточными и неэффективными. В 2011 г. в связи с «иммиграционным кризисом» доля недовольных увеличилась до 83% [29].
В то же время итальянские демографы и экономисты в основном сходятся во мнении, что стареющая Италия в своем развитии не может обойтись без иммигрантов. При этом одними полицейскими мерами невозможно ответить на вызовы, связанные с социально-экономическими последствиями иммиграции, с формированием этнически неоднородного общества, усложнением системы социальных связей и появлением большого числа носителей иных культурных, национальных и религиозных традиций.
Италия стремительно превращается в фактически многонациональную страну, где уже живут и работают представители 150 этнических групп. И многие в итальянском обществе все активнее настаивают на необходимости новой иммиграционной политики.
Специально для портала «Перспективы»
Ирина Животовская
По всем вопросам организации экскурсий по Неаполю и Региону Кампания, обращаться к администрации нашего портала.
Профессиональные гиды юга Италии готовы встретить вас!
Практически все крупные операторы по Италии заявили о росте объемов перевозки к лету. В частности, PAC Group увеличивает число кресел из Москвы на 30% в целом по Италии и на 50% – по Римини. Рост такого же порядка запланирован у «Натали Турс», которая впервые ставит на Римини вместительный «Боинг-747» («Джамбо»). «Джет Тревел» тоже расширит свое присутствие на итальянском направлении: к прошлогодним программам оператора добавились перелеты на Пизу по вторникам, также оператор впервые принимает участие в чартере на Катанью (Сицилия). При этом «Джет Тревел» увеличил размер блоков на регулярных рейсах.
Точное число запланированных чартеров на Италию эксперты пока назвать затрудняются: часть программ находится еще в состоянии подписания. По грубым подсчетам, московские объемы на 20–30% превысят прошлогодние. По оценке ряда участников рынка, это легкий, но переизбыток. «Рост объемов на итальянском направлении может составить 17–23% по итогам сезона, – заявил заместитель гендиректора «Асент Трэвел» Евгений Судьбин. – Но если мы станем свидетелями ценовых чудес на направлении, прибыль уйдет «в минус».
Италия всегда была низкомаржинальным направлением, и переизбытка перевозки на 15–20% достаточно, чтобы лишить операторов выручки». Впрочем, отметил он, для того чтобы демпинговать, игроки рынка должны располагать большим количеством гостиничных квот, на практике же отельная база Италии несколько ограничена. «А если нет продукта, то нечему и гореть», – добавил эксперт. С ним согласна директор по продвижению «Джет Тревел» Татьяна Коршунова: «В условиях определенного дефицита отелей расширяться по Италии можно не бесконечно. Поэтому не исключаю, что ряду игроков придется корректировать свои планы по перевозке».
Вместе с тем, по оценкам участников рынка, интерес наших соотечественников к Италии продолжает расти. «Мы видим хорошие продажи по весне и лету, радуют и показатели прошедшей зимы. Таким образом, запланированное нами увеличение перевозки основано исключительно на мониторинге потребительского спроса», – сказал генеральный директор PAC Group Илья Иткин. На руку операторам играет и ценовая ситуация на итальянском рынке: перевозка подорожала по сравнению с прошлым годом всего на 10%, а многие отели сохранили цены на уровне прошлого лета. Кроме того, по словам заместителя гендиректора компании «Тур Парад» Натальи Соломатиной, ряд отельеров даже снизили цены для операторов, берущих у них большие квоты на коммитментах.
По словам участников рынка, единственным направлением Италии, где риск демпинга действительно высок, является Сардиния.
Выступая в Шенгенском комитете по делам иммиграции, министр труда Италии заявил, что и в 2015 году “декрет флюсси” не будет издан. Министр подтвердил, что не будут ограничены квоты только для высококвалифицированных специалистов, которые смогут свободно перемещаться по странам Европейского Союза и зоны Шенгена, Квоты не будут выдаваться иностранцам, по причине экономического кризиса и большой безработицы в стране. (Пишет Immigrazione.biz)
В то же время, если будет необходимо, министерство поддержит план выделения въездных квот для сезонных работников и для предпринимателей, а также конверсию вида на жительство, выданного для учебы, учебной практики, сезонной работы и по найму. Новости Италии от «Неаполь по-славянски»
Обычно, рассказывая о том, как иммигрировать в ту или иную страну – о правилах въезда, порядке получения вида на жительство и прочих премудростях отличных друг от друга иммиграционных законодательств, – мы опираемся на мнения профессионалов, специалистов и знатоков этого процесса. Нашими собеседниками, консультантами, советчиками выступают иммиграционные адвокаты, посольские чиновники высокого ранга и другие персоны первого ряда.
И все равно – противоречия, нестыковки, то и дело возникающие при соприкосновении частного лица с законами, инструкциями, положениями – остаются. Поэтому на сей раз мы решили отступить от традиции и предоставить слово тем, кто собственными ногами прошел непростой путь «от двери до двери», от Киева и аж до самой Италии.
Он и Она (назовем их Ольгой и Сергеем, выполняя их единственную просьбу – не называть настоящих имен-фамилий) – 35-летняя супружеская пара. Предприимчивые, работящие, не ведающие лени молодые люди.
ВРАНЬЕ НА СТАРТЕ
Мысль получить вид на жительство в Италии возникла у нас после кризиса 1998 года. Как—то тревожно вдруг стало: а что, если все тут рухнет, вернутся коммунисты?.. В то лето мы как раз ездили всей семьей отдыхать. У нашего ребенка была аллергия, и нам посоветовали отправиться не на море, а куда-нибудь на озера. Мы выбрали Италию, Лага де Гарда – озеро в Ломбардии. Нам очень там понравилось – место шикарное, просто райское. Вернувшись домой, натолкнулись на рекламное объявление: некая фирма предлагала за вполне сносные деньги и достаточно быстро помочь в оформлении вида на жительство в Италии. Причем юрист, предлагавший эти услуги, базировался в городе Брешия – в 10 километрах от того замечательного озера, где мы отдыхали. К тому же Ольга, жена моя, знает итальянский язык… Все ложилось одно к одному. И мы завелись.
Теоретически получение вида на жительство (ВНЖ) в Италии – процесс не особо сложный. Он происходит по такой цепочке: делаешь трехмесячную визу – которая дает тебе право зарегистрировать свою компанию – которая автоматически дает право на работу и позволяет нанять самого себя единоличным управляющим – которому и предоставляется ВНЖ. Чтобы компанию зарегистрировать, надо иметь уставный капитал, какое-то наполнение на банковском счете. Суммы эти постоянно растут: за три-четыре года, как мы этим занимаемся, они подросли сильно – раза в три-четыре. Плюс к тому надо иметь резиденцию, то есть купить квартиру или снять ее на долгий срок – не менее чем на 6 лет.
Таковы основные условия. Но есть еще масса нюансов, требующих помощи местного юриста – обойтись без него вряд ли возможно. Поначалу нам помогал бывший наш соотечественник с Украины. Он уехал в Италию еще в перестройку и был типичным дельцом-кидалой. Много кровушки выпил он из всех, кого мы знаем: врал, без конца нарушал сроки: обещанные 30 дней на оформление перерастали в полгода, и так далее. Психологически контакты с ним дались очень тяжело. Не одним нам – все клиенты этой фирмы напарывались на обман: реклама сулила одно, а на деле получалось совсем другое. Понятно, что предприятие под названием «эмиграция» – дело недешевое, соответственно и клиенты этого юриста люди занятые, у всех фирмы, которые надолго не оставишь. Едешь на неделю – ведь обещал же! – и застреваешь на два месяца. Это дико раздражало – и не все выдержали, многие сошли с дистанции.
Кроме того, мы никак не могли взять в толк, что вид на жительство не есть разовое «приобретение» – получил и живешь, его надо все время окучивать-обслуживать, а это постоянные траты денег и времени. Некоторые пасовали, сообразив, что игра не стоит свеч. Мы свой марафон продолжаем: уж больно нам там нравится, и, надеемся, наш сын когда-то будет там учиться. Но если человек не строит далеко идущих планов, не планирует осесть в этом месте, то поддержание вида на жительство может оказаться нерентабельным. Пожалуй, единственное преимущество этого статуса – возможность ездить без виз в европейские страны. Ну, сколько раз в год ты будешь выезжать в Европу? Пять? Шесть? Пусть каждая виза обходится в 200 долларов. В год – это каких-то 1.000-1.200 долларов. А поддержание вида на жительство в Италии выльется в несколько десятков тысяч долларов.
Если ты действительно ведешь бизнес в Италии, то открытие собственной местной компании дает тебе определенные преимущества по сравнению с украинской фирмой, работающей с Италией напрямую. Но это должен быть достаточно серьезный бизнес, который окупал бы все накладные расходы. И еще одно важное обстоятельство: надо, чтобы твоя итальянская фирма была как—то связана с той сферой, в которой ты функционируешь дома, в Украине. У нашей семьи только сейчас стали появляться первые робкие наметки такой производственной «гармонии». О самоокупаемости пока даже думать не приходится.
Задумавшись об иммиграции в Италию, надо сразу же прикинуть варианты своего тамошнего бизнеса – чтобы окупились столь кардинальные перемены в жизни. Если нет бизнеса, как—то связанного с уже раскрученным дома, можно завести торговый бизнес – впрочем, опять-таки с Украиной – или заняться приобретением коммерческой недвижимости и сдавать квартиры или офисы в аренду.
Собственно, подобные схемы получения вида на жительство действуют во многих европейских странах. Но, насколько мы знаем, в Испании, скажем, более жесткие требования, в Англии – ваша фирма должна обязательно создать рабочие места для англичан, а вот в Чехии схема действительно схожая, хотя, слышали, в последнее время и чехи стали требовательнее.
КТО В ЭТОМ ТЕРЕМЕ ЖИВЕТ?
В Италии иммиграционные процессы сравнительно молоды. Раньше тамошний иммиграционный закон называли антиииммиграционным. Италия отторгала чужаков. Потом разразился острый демографический кризис – с 1970-х годов там вообще нет прироста населения, нация стареет, рождаемость крайне низка. Пришлось слегка приоткрыть двери и потихоньку впускать к себе иноземцев. В то время как одни ведомства дают добро на въезд, другие ломают голову над тем, как этот въезд организовать. Нигерийцев впускают в обмен на нефтяные квоты, пакистанцев – в обмен на что-то другое, марокканцев, албанцев – еще на каких-то выгодных стране условиях. Считается, что марокканцы контролируют транспортную сферу, албанцы контролируют строительный бизнес. Но таких албанцев мы не видим, мы видим албанцев, которые попрошайничают на всех углах. Марокканцев, занятых в транспортной сфере, мы тоже не видим, а видим марокканских официантов.
Место, где мы живем, точнее, прописаны, – провинция Брешия, по названию самого крупного города области Ломбардия. Это очень богатый регион и очень индустриальный. Здесь находится второй по величине в Италии машиностроительный центр, хотя население Брешии – примерно 200.000 человек. А поскольку итальянцы не рвутся на производство, «к станкам», то вкалывают там цветные иммигранты – их в городе очень много.
О том, как к смене национального состава населения относятся местные жители, сказать трудно – мы ведь тоже не местные, тоже иммигранты, только другого цвета. Откровенно негативных настроений, ярко выраженной нелюбви, а тем более агрессии мы не заметили, но вряд ли коренные жители в восторге от наплыва чужеродцев. Считается, что, например, албанцы привезли с собой криминал, неслыханные и невиданные доселе преступления…
Наши впечатления от общения с чиновниками разного уровня – самые светлые. Все свои дела мы легко устраиваем несколькими визитами в торговую палату: пришел, взял номерок, прошел к чиновнику, если услуга платная – заплатил, если нет – быстро получил нужную справку, и дело в шляпе. Таможня ничего общего не имеет с нашей, у нее совсем другие функции, там никогда никто не станет издеваться над людьми. Роль чиновника в итальянском бизнесе сведена к минимуму. У нас не бог-весть какой супербизнес, нам ничего не надо согласовывать с Берлускони – нефтью не торгуем, газ не ввозим. Что нам надо? Ткань купить, обувь. Оплатили, отправили – и все дела…
Пока компания функционирует – платит налоги, сдает все требуемые финансовые отчеты, а ее управляющий живет в стране, то есть снимает здесь жилье или проживает в купленном – ВНЖ продлевается. Сначала он дается на год, потом на два, потом еще на пять, а после второй пятилетки можно уже получить гражданство.
Все эти годы и бизнес, и резиденция должны быть в порядке. Естественно, жить в стране надо постоянно. Мы этого не делаем, но пока никто нас на этом безобразии не подловил.
Мы подозреваем, что в этой провинции с нашим статусом живет ровно столько людей, скольких клиентов удалось найти и удержать тому самому иммиграционному адвокату. И под нас никакого специального механизма контроля и проверок не изобрели. Надо иметь в виду, что, в отличие от марокканцев, албанцев или нигерийцев, которые въезжают в страну в качестве беженцев и тут же садятся на «социал», мы ни у кого ничего не просим – наоборот, исправно платим налоги, покупаем нормальные машины, ходим в рестораны. Короче, проблем стране не создаем, неприятностей от нас никаких – так чего же за нами следить?
Скажем, нас не было в Италии во время переписи населения. Приехав, мы узнали, что нас лишили резиденции – прописки. Мы, по нашей неистребимой отечественной привычке, сильно перепугались, но когда пришли в соответствующую инстанцию и объяснили, что были в деловой командировке, чиновница перед нами полчаса извинялась и моментально восстановила в правах.
ЯЗЫКИ БЫВАЮТ МЕРТВЫЕ, БЕСПОЛЕЗНЫЕ, И – НЕОБХОДИМЫЕ
Наверное, нет надобности говорить, что в Италии без итальянского языка – никуда. Я – человек самокритичный и не утверждаю, что владею языком в совершенстве. Но на любые темы говорить могу – от банковских и коммерческих до бытовых: съема жилья, покупки машины. Во всех этих областях мне приходилось крутиться, и я всякий раз соответствующим образом готовилась – учила термины. Грамматическая база у меня была еще с институтских времен, но словарный запас добирала уже в процессе жизни. Большинство наших соотечественников, которые идут тем же путем, что и мы, не знают языка и не учат его, а когда прижмет, просто нанимают переводчика. Английский там так же бесполезен, как русский. То есть в отеле или ресторане с английским еще туда-сюда, а уже, скажем, на почте по-английски с вами никто говорить не станет…
Тот горе-адвокат, которого мы уже помянули добрым словом, играет именно на том, что клиенты по-итальянски ни бэ ни мэ и поэтому всего боятся. В конце концов, он вид на жительство оформит, но слупит за это уйму денег, и вся эта процедура отнимет кучу времени – намного больше, чем было обещано.
Мы с ним уже давно расстались, наняли сертифицированного бухгалтера, который помогает нам вести дела фирмы, оформлять отчеты, представляет нас в налоговых органах. Это нормальная для Европы практика. Большая компания может позволить себе взять на работу сертифицированного бухгалтера, а маленькая – нет, и она прибегает к услугам какой-нибудь бухгалтерской фирмы, которая ведет дела сразу многих компаний.
В Ломбардии уровень общей культуры очень высок, не идет ни в какое сравнение с украинским. Это север страны, и, как говорят, с югом сравнивать его тоже нельзя. Здесь хамство отсутствует – и просто как явление, и как стиль. Судить я могу, конечно, только по своему опыту, и вот лично я сталкивалась с исключительным и всеобщим дружелюбием, с желанием и готовностью помочь. Хотелось ли мне там жить постоянно? Без дела это тяжело, потому что круг общения появляется именно в процессе работы – иначе им не обзавестись. Но наша работа может быть связана только с Украиной. Открыть свою фирму и вести бизнес только в Италии нереально: там все занято, расписано, схвачено. Открыть магазин и конкурировать с итальянцами в продаже пасты или обуви – смешно. Или ресторан, гостиницу… Италия характерна тем, что гостиничный и ресторанный бизнесы там семейные, наемные работники используются по минимуму. Хозяин сам стоит на кассе, за плитой, его жена и дочь обслуживают, и так далее. Мы под эту модель не заточены. Бизнес там не корпоративный, даже мега-концерны принадлежат семьям. И налоговая система в стране стимулирует именно семейное дело: налоговые выплаты на наемного сотрудника, с которым хозяин не состоит в родственных связях, вдвое выше, чем выплаты за работника-родича. Государство говорит своим гражданам: обеспечь собственную семью, остальное – моя забота. В Германии, например, очень высокий уровень социального обеспечения, который достигается высокими налоговыми отчислениями. Так было многие годы. И только сейчас, когда темпы производства упали, а количество пенсионеров почти уравнялось с количеством работающих, социальная система стала задыхаться и нуждаться в реформировании. В Италии ничего подобного не происходит.
Хотя экономика Италии неоднородна: Север и Юг различаются так же, как Швейцария и Румыния. Говорят, что наша область – Ломбардия со столицей в Милане – стоит на первом месте в Европе по уровню «чистой» заработной платы – после налоговых выплат. В Брешии это очень чувствуется – по количеству хороших автомобилей, по тому, как люди одеваются, по ресторанам.
Школами мы пока не интересовались – наш ребенок учится в Киеве, пойдет во второй класс. А знакомые отдают детей в итальянские школы. С их точки зрения, образование там неважное, с хорошими нашими школами не сравнить. Родителям кажется, что их 14-летние дети, которые в Киеве уже изучали очень серьезные вещи, в итальянской школе занимаются глупостями. Но что бы ни говорили, страна держит форму, производит отменные продукты и изделия – «феррари» до сих пор там делаются. Так что вряд ли итальянцы народ такой уж необразованный. Мы хотели бы, чтобы наш ребенок получил архитектурное образование. Вот оно в Италии как раз точно первоклассное. Вплотную мы этой проблемой еще не занимались, и заключение это, возможно, отчасти умозрительное. Хотя в любом случае никак не беспочвенное: ведь нельзя отрицать богатейшую историю, строительные, архитектурные, дизайнерские традиции этой страны, сохраняемые буквально во всем.
Из Миланского политехнического университета вышло много зодчих мирового масштаба. Их футуристическая школа сильно отличается от нашей, в большой степени академической. У итальянцев природные дизайнерские данные – вкус и фантазия. Зайдите в любой крошечный магазинчик, и увидите, с каким безукоризненным вкусом все там сделано. Причем наверняка хозяин этого магазинчика – простой итальянец сотворил это чудо собственными руками, без всякой посторонней профессиональной помощи. Не случайно же сейчас во всем доминирует итальянская марка – в одежде, мебели да и в автомобилях. Концерн «мерседес» уже тоже им дизайн заказывает.
Переезжать насовсем в Италию мы пока не собираемся – дела неплохо идут и в Украине. Но строительство запасного аэродрома не бросаем.
ПЕРЕТРЯСКА МОЗГОВ При всем при том иммиграция дала нам совершенно уникальный жизненный опыт – бытовых и профессиональных контактов, общего развития – и мы стали другими людьми. Это такая мощная перетряска мозгов!
Так только говорится: Ольга, мол, знала итальянский, оттого все у нее получалось. Да страх был дикий! И язык полумертвый, мало слов, корявое произношение. Серега уехал и оставил меня снимать квартиру. Я металась, не знала, с чего начать, машины нет, не умела даже билет на автобус купить. Каждый шаг давался с диким трудом. Конечно, одно дело богатенький турист, не знающий ни одного языка, он может раскинуть пальцы веером и заказать на фабрике велосипед со всякими прибамбасами. Но совсем другое дело, когда ты не турист и тебе надо ходить по конторам, задавать вопросы и понимать ответы чиновников, к которым тебе еще не раз придется обратиться. С одной стороны, хочется получить необходимую информацию – а с другой произвести хорошее впечатление.
Может быть, нам так везло, но все люди, с которыми приходилось сталкиваться, свою работу выполняли очень энергично. Они постоянно в тонусе – и чиновники, и агенты по недвижимости, и официанты, и продавцы. В нашей стране сложился стереотип, что итальянцам нельзя верить, что они расслабленные бездельники, болтливые и безответственные, вроде турок. Нам на нашем итальянском севере таких встречать не доводилось.
Единственное место, где можно столкнуться с неприветливым отношением и где действительно неприятно находиться, – квистура. Это что—то типа полицейского участка, где продлевают вид на жительство. Там приходится выстаивать часами в одной очереди с самыми разными иммигрантами – черными, желтыми, раскосыми, и отношение ко всем одинаково неуважительно-подозрительное. Лишь однажды, когда мне надо было ехать в Париж на переговоры – а в поездах при пересечении границы проверяют документы, – чиновники согласились ускорить оформление вида на жительство, попросив только показать билет. Правда, в Киеве и билет не помог бы.
Понравилась
статья?
ПОДПИШИТЕСЬ И …
1
Вы узнаете об Италии ВСЕ, без приукрас. 2
Ознакомитесь с бытом и чаяниями самих
итальянцев и иммигрантов. 3
ПОДРОБНО: О ЧЕМ МОЛЧАТ РЕКЛАМЫ?
Россияне уверены, что ждать отмены визового режима с Европой для того, чтобы без предварительного посещения консульства пересекать европейскую границу, вовсе не обязательно. По их мнению, достаточно купить в Европе жилье – и беспрепятственный въезд обеспечен. 
Активную роль в судьбе иммигрантов в Италии играют христианские, волонтерские, неправительственные и общественные организации, а также профсоюзы, отстаивающие права этой группы населения.
Обычно, рассказывая о том, как иммигрировать в ту или иную страну – о правилах въезда, порядке получения вида на жительство и прочих премудростях отличных друг от друга иммиграционных законодательств, – мы опираемся на мнения профессионалов, специалистов и знатоков этого процесса. Нашими собеседниками, консультантами, советчиками выступают иммиграционные адвокаты, посольские чиновники высокого ранга и другие персоны первого ряда. 
Средиземноморский климат Юга Италии
